Несовершеннолетние становятся мишенью для злоумышленников, которые пытаются использовать их для совершения поджогов и диверсий. Заместитель руководителя 3 отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР по Новосибирской области, Анна Давыдкова, рассказала о механизмах, на которых строится эта преступная деятельность, и о том, что делать, если подросток столкнулся с попыткой вербовки. Подробности об этом можно найти в Газете Бийский рабочий.
Чаще всего речь идет о поджогах служебных автомобилей и отделов полиции. Злоумышленники используют обман и психологическое давление, чтобы вовлечь подростков в свою деятельность. Сначала молодежь знакомится в мессенджерах с человеком, который выдает себя за сверстника. Под предлогом обмена работами, такими как рисунки или музыкальные записи, злоумышленники отправляют фишинговую ссылку.
После перехода по этой ссылке с юношей связывается человек, представляющийся сотрудником правоохранительных органов. Он утверждает, что аккаунт на "Госуслугах" был взломан, и данные подростка переданы украинским спецслужбам. Данная ситуация сопровождается запугиванием: подростку угрожают проблемами для него и его семьи. В качестве "искупления вины" ему предлагают "помочь государству" и выполнить ряд поручений. Для повышения убедительности иногда присылают поддельные соглашения о добровольном правовом сотрудничестве.
Вербовщики разрабатывают индивидуальные сценарии, основываясь на собранной информации из социальных сетей, увлечениях и данных о семье, чтобы усилить давление на подростка. Нередко юношу отправляют в другой город, чтобы изолировать его и сделать более уязвимым. Там ему дают инструкции, например, рассказывают, что сотрудники спецназа находятся в засаде около здания с террористами и не могут покинуть его.
Подросток, приезжая в другой город, может быть вынужден купить продукты питания, которые якобы нужны для сотрудников правоохранительных органов, а также бензин для заправки автомобиля. Затем ему сообщают о необходимости поджечь здание или автомобили полиции, которые, по словам кураторов, используются террористами для конспирации.
Все действия подростка должны фиксироваться на видео. После достижения целей куратор раскрывает обман и часто насмехается над жертвой. Важно отметить, что скрыться после совершения преступления практически невозможно: личности и местонахождение всех участников устанавливаются в короткие сроки.
В критический момент у молодых людей может наступить шок. Например, один из подростков, находясь рядом с горящим автомобилем, самостоятельно позвонил в правоохранительные органы и сообщил о совершенном им преступлении.
Ключевым моментом является то, что если подросток вовремя остановится и обратится в правоохранительные органы, он может избежать ответственности. Есть примеры, когда молодые люди адекватно оценили ситуацию, рассказали родителям о происходящем, и те, имея сохраненные скриншоты переписки, обратились к силовикам — в таких случаях уголовное преследование не применяется.
Анна Давыдкова также привела пример мальчика-подростка, который смог критически оценить происходящее и сообщил родителям. Те, в свою очередь, обратились в правоохранительные органы с перепиской, что позволило избежать уголовной ответственности. Подобный ответственный подход заслуживает похвалы, как и действия родителей, которые поддержали своего сына в трудной ситуации.
Эти случаи подчеркивают важность внимания взрослых к действиям и общению подростков в интернете, а также необходимость повышения осведомленности о возможных угрозах.